Меню
16+

«Знамя». Газета городского округа город Чкаловск Нижегородской области

05.02.2019 15:31 Вторник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 9 от 05.02.2019 г.

А за порогом была война (из воспоминаний фронтовика)

Автор: Г.А. Белычев, фото предоставлено автором

• 1942 год. Город Холм. Так выглядела Октябрьская улица после боёв.

Окончание. Начало в №7.

Выходим все, рассказчик и слушатели, из дома на перекур. Подходим к большому на вкопанных столбах столу под тополем между домами. Сосед-фронтовик Беляев Николай Иванович, комиссованный по ранению и пришедший к новому 1942 году домой, обращается к старшему зятю: "Ты у нас Горшков, сын Митрия из Ульянкова?" Услышав утвердительный ответ, продолжил: "Видел я твово отца в июле 41-го. В окружении были в белорусских болотах. Встретились, когда его колонна с оружием в руках идет на запад, а наша — на восток по колено и выше в болотной грязи. Все мокрые и заросшие, в болотной тине. "Ты — Никола". — "Я. Ты — Митюха". — "Я". — "Покурить нет?" — "Нет". Спрашиваю его: "Куда вы прете, на запад? Надо на восток, к своим". А Митрий отвечает: "Приказ командира". Больше я его не видел. Мы вырвались из окружения, потеряв многих. Ведь мы гостились с твоим отцом в д. Страшево, и тещи у нас одну фамилию носили — Паршины". Тесен мир!

(Примечание автора: Это еще одно подтверждение того, как после репрессий в 1937 году в отношении военачальников, в 1941 эшелоны отправляли не туда, куда надо, гибли сотнями тысяч, попадали в плен наши солдаты.)

И снова отец продолжил свой рассказ:

- После госпиталя наша бригада моряков-артиллеристов, вернее, то, что от нее осталось, была направлена на Калининский фронт. По двое или по одному моряки-артиллеристы были определены в артиллерийские расчеты этого участка фронта. И нередко можно было увидеть в расстегнутом вороте солдатской гимнастерки уголок флотской полосатой тельняшки. Мы с радостью приветствовали друг друга, делились махоркой или домашним самосадом из посылок. Как же — братишка!..

Весной 1942 года впервые сначала услышал от других, а потом и видел сам, как "Ольга Ивановна", так между собой мы называли особый отдел, уводил на суд военного трибунала, что заканчивалось, возможно, расстрелом, а чаще — в госпиталь с последующей отправкой в штрафные роты тех, кто производил самострел, делая себе увечье, чтобы комиссоваться домой. Таких мы ненавидели, ведь от них можно было ждать и выстрела в спину себе! Среди моряков такого не было по определению. И нам было дико слышать и видеть такое..., по сути, предательство.

На этом участке фронта мы задержались до февраля 1943-го. Здесь шла позиционная война, или, как говорили, активная оборона. Главное направление того времени, куда шло поступление личного состава, техники и боеприпасов, — Сталинградский фронт. Там решались ход войны и судьба страны. Но и наш Калининский не отсиживался в окопах и блиндажах. Ежедневно шли бои с противником, а по ночам усиленные группы численностью рота, а чаще в составе батальона уходили за линию фронта "беспокоить зверя".

В полосе нашего участка фронта, в нескольких километрах, располагался в тылу у немцев город Холм (Новгородская область). Силенок, чтобы освободить город, у нас не хватило, только окружили. Противник тоже уже был не так силен, как в начале войны, но всё же у немцев оставался в городе еще аэродром, с которого немцы снабжали окруженных всем необходимым. Командира нашей батареи старшего лейтенанта Подковыркина вызвал начальник артиллерии дивизии полковник Александров.

(Примечание автора: Я здесь со своим языком высунулся и сказал папе: "Загибаешь, папа. Таких фамилий не бывает — Подковыркин!" За что тут же получил подзатыльник от старшего зятя со словами: "Молчи, салага! Как ты можешь так говорить отцу?" Да, я не прав был тогда и даже теперь, через столько лет, сожалею о сказанном.)

Александров приказал Подковыркину: "Разобрать два 76-миллиметровых орудия, на санях через лес выйти к реке Ловать и сбивать самолеты противника на взлете с аэродрома и при посадке". Было выдано по 12 снарядов на каждое орудие. Для охраны — взвод пехоты. Связь 6 километров с командованием держали по колючей проволоке. В течение месяца сбили 12 самолетов. Задание было выполнено — немцы прекратили использовать аэродром. За успешное выполнение приказа старшего лейтенанта Подковыркина наградили орденом Боевого Красного Знамени и отправили на учебу. А нам — медали "За боевые заслуги".

Через много лет, а именно в 2008 году, я со своим знакомым из Чкаловска случайно зашел к нему в сарай, где увидел уложенные стопками книги, которые он вынес на время ремонта из квартиры. Одну из них стал листать, а знакомый мне говорит: "Понравилась книга? Бери!" Я взял. Книга называлась "Наступает ударная", автор Г.Г. Семенов. Дома стал ее читать, и каково же было мое удивление, когда на 31 странице увидел знакомую фамилию — Подковыркин! Автор описывал в своей книге в том числе и все то, что рассказывал нам папа: как они сбивали немецкие самолеты, как пытались взять город Холм и как эта продолжавшаяся 5 месяцев борьба закончилась. Для меня это было потрясением! Вот уж, действительно, судьба и провидение: такое совпадение через сорок лет! Прямо как в песне: "...Напишут о нас еще книги!" Это ли не чудо?

В марте 1943 года 3-я ударная армия была перевезена по железной дороге в течение месяца в Польшу. Та самая армия, что через два года с небольшим водрузит на рейхстаг в лице воинов Егорова и Кантарии знамя Победы.

- После окончания Сталинградской битвы снабжение нашего фронта улучшилось, — вспоминал папа. — Бесперебойно шли боеприпасы, прибывало пополнение личным составом. Появились в рационе американская тушенка, галеты и горячее питание (как мы его называли — "второй фронт"), тоже американское в жестяных банках. Поворачивая ключ, открываешь банку, происходит химическая реакция при открывании, дно нагревается и горячее второе или первое у тебя под носом. Удобно, быстро и в полевых условиях для бойцов бесценно.

Примерно год отец воевал в Польше и сказал, что худшего отношения к нашим воинам ни у одного другого народа, который они освобождали, не было. "Воды не дадут, пока сам не возьмешь!" — рассказывал папа.

После Польши из 3-й ударной армии подразделение отца попадало в полосу действия 4-го Украинского фронта, в составе которого с боями в Чехословакии, в городе Моравска-Острава (крупнейший в Европе промышленный центр), он и окончил свой боевой путь 9 мая 1945 года в звании рядового Победы.

Эпилог

Заканчивая воспоминания моего отца А.Г. Белычева о войне, хочу добавить несколько эпизодов из его жизни, чтобы у читателя сложилось полное представление о моем папе, о его отношении к жизни, работе.

• Однажды я начал копать в своем гараже погреб. Вот в выходной приезжаю к родителям, папа спрашивает меня: "Что делаешь после работы?" Отвечаю: "Копаю погреб". И так три выходных подряд. В четвертый раз отец спросил: "Какой размер погреба?" — "Диаметром два метра и высотой два метра". На что он мне заявил: "Начнись война — ты бы первым погиб! Я наш погреб в Андронове выкопал за два обеда. А на войне сколько земли перелопатил! Сначала — орудие в укрытие, ровики и ниши выкопать под снаряды. Командиру — землянку, а себе, если жить хочешь, в последнюю очередь копаешь". И в этих словах он весь.

• Почти 50 лет назад мне рассказывал об отце начальник подсобного промысла колхоза им. С.М. Кирова Марычев Юрий Яковлевич: "Мне дали предписание пожарные — убрать срезки от производства древесины, которых скопилось более 25 кубометров. Я подал заявку на транспорт с погрузкой и отвозкой на 400 метров к кочегарке фермы. Но свободного транспорта не было, и председатель выделил "одну единицу" — Анания Григорьевича Белычева с конем и телегой. Он выполнил всю работу за 1 день!" И вот через некоторое время я снова встретил Ю.Я. Марычева в Чкаловске, когда он был уже на пенсии и почти полностью потерял зрение. Подошел к нему, сидящему на крыльце своего дома, поздоровался. На его вопрос, кто пришел, ответил: "Сын того, кто у Вас за день на лошади перевез 25 кубов срезок". Он протянул мне руку и сказал: "Да, работник был — 2-х — 3-х стоил один!" И добавил: "Мне впоследствии председатель давал две машины, но я отказывался и просил Анания Григорьевича. Ему не надо грузчиков, как другим, все один делал. Отношение к труду разное у людей!"

• Заместитель председателя колхоза Беляев Никанор Андреевич нераз рассказывал: "Возле конторы колхозной лежала бетонная балка 6-метровой длины, которая мешала подъезду автомашин. И председатель просил убрать ее в сторону на 100 метров. Я обратился к Ананию Григорьевичу за помощью, пообещав прислать помощников-грузчиков. На что получил ответ: " Если Мальчик (прим.: кличка лошади) увезет, то я и один погружу". Мы с председателем долго смеялись, восхищаясь ответом Анания Григорьевича, радовались и гордились, что у нас есть такие работники, как он, пожалуй, единственный на весь колхоз. И что поразило: увез-таки эту балку один, подложив под нее покаты из бревен, а Мальчик перетащил всё. Слово с делом не расходились у человека!"

Моя мама Нина Васильевна после смерти папы всегда говорила: "Сто лет по его здоровью без болезней прожить, без запинки, кабы не курил да на мельнице не работал (10 лет мельник не доживает отведенного срока). Да, не искал легких путей в жизни, был там, где нужен!" Прожив на четверть меньше века, отец мне говорил: "Будто и не живал — как время пролетело!" Умер легко за то, наверное, что делал свое дело спокойно и не завидовал никому. При этом выкладывался весь, без оглядки на последствия и в мирной жизни, и на войне. Он всегда говорил: "Надо выжать из себя все, чтобы приложиться к праотцам".

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

10